Почему Украина не ввела санкции против России? Проводит ли власть реформы? Сколько на самом деле убитых боевиков? Ответы на эти вопросы крайне интересуют европейцев.

Представляя позицию украинских властей в польской прессе, я все чаще сталкиваюсь с недостатком доверия к словам, звучащим из кабинетов правящей элиты в Киеве. Если в начале войны украинцы выигрывали на информационном фронте благодаря правде, то сейчас ее заменили полуправдой.

Я долго колебался, думая, писать ли об этом. В конце концов, приходится критиковать государство, переживающее неимоверно сложный период, государство, которое защищается от более сильного противника, способного стать серьезной угрозой и для Польши. Однако пришел к выводу, что стоит обратить внимание на тревожные тенденции, которые в будущем могут привести к крайне неблагоприятным последствиям.

Первый момент: как объяснить полякам то, что Украина до сих пор не ввела санкции против России? Почему местные производители теряют российский рынок сбыта вследствие санкций ЕС, а тем временем фабрика Roshen в Липецке работает как ни в чем не бывало? Европейские политики зависят от своих избирателей и должны им как‑то растолковать этот парадокс.

Вторая проблема — реформы или, скорее, их отсутствие. Киевская верхушка рассчитывает, что удастся как‑то выкрутиться, ссылаясь на кризис и войну? Что Запад и так даст Украине деньги, поскольку дешевле обойдется поддержка украинского государства, чем его банкротство? Но Брюссель, наученный горьким опытом, хорошо знает: лучше предоставлять помощь взамен на выполненные реформы, а не красивые планы.

Кроме того, сложно развеять сомнения польских и других европейских производителей, недоумевающих, почему Украина вводит дополнительные пошлины на импортируемые западные товары, в то время как рынок ЕС открывается для нее все шире и шире. Такие тенденции могут вызвать усиление внутренней оппозиции среди населения Европейского союза по отношению к политике санкций, касающихся России, при отсутствии каких‑либо параллельных шагов со стороны Украины. И в таком случае уже нельзя говорить о вине российской пропаганды, ведь это будут последствия действий или бездействия властей в Киеве.

В отличие от обычных украинцев, научившихся строить свое государство — по крайней мере в тех сферах, в которых им это разрешают,— верхи все еще действуют по‑старому. Янукович и его коллеги управляли страной, как металлургическим комбинатом где‑то в Донбассе. Нынешняя же власть руководит Украиной, как производитель шоколада, отдающий себе отчет в том, что “товару” нужна широкая реклама. Подписание закона — фото и фильм на YouТube, планы реформ МВД — динамичная инфографика. Донецкие этого не делали, потому что в их понимании активная реклама излишня. Но в нынешней ситуации украинцы рекламой сыты не будут, необходимы настоящие действия, нужна правда.

Это с особой ясностью понимают те, кто сейчас на фронте и видел погибавших за возможность проводить в стране реформы. Однажды они вернутся с войны. Тяжело об этом писать, но может для власти даже удобно, что они сейчас где‑то в окопах под Дебальцево. Я не позавидую сидящим в кабинетах, когда перед их дверьми появятся те, кто уничтожал врагов своего государства. Ведь чиновник, разрушающий родную страну за письменным столом, может быть опаснее террориста с Градом.

Я не военный эксперт, но у меня складывается впечатление, что нас кормят полуправдами с фронта. Информация о нескольких сотнях потерь у противника часто не подкрепляется доказательствами. Такие вопросы мне нередко задают ведущие из Варшавы: где, например, подтверждение того, что число убитых в несколько раз превышает количество раненых? Ведь при любом конфликте, как правило, все наоборот.

Власть информирует о подтвержденных документами случаях использования россиянами мобильных крематориев. А меня из Варшавы спрашивают: где эти документы? Что мне ответить? Легче подтвердить присутствие российских войск, хотя и здесь появляется определенное недоверие. Как объяснить польским слушателям, что — как писал один из еженедельников, ссылаясь на официальные документы,— Донецкий аэропорт был отдан сепаратистам уже в сентябре во время Минских переговоров, но и после этого там шли тяжелые бои и гибли люди? Думаю, обычные украинцы тоже заслуживают разъяснений по поводу этой ситуации.

Есть множество вопросов к нынешней власти, которые редко озвучиваются во время встреч с журналистами. Иногда кажется, что политики держат украинцев за дураков, а европейцев — за простачков, которые обязаны помочь. Но когда‑то терпение и тех и других закончится. Поэтому лучше говорить правду — по крайней мере, в тех случаях, когда это не является угрозой для безопасности страны.

Петр Погожельский, nv.ua

You have no rights to post comments